Станиславу Лему, Гансу Христиану Андерсену — и самую капельку Роберту Шекли посвящается..,

В некотором пространстве и времени, в одной очень смешной реальности, жил да был некогда Крошка Нанобот. Происходил он из работящего племени Эше-рихия Коли, к которому примешали немножко ванадия, немножко палладия, чуточку ДНК от кузнечика и па­рочку рибосом от бобра.

Вместе со своими многочисленными братьями и се­страми обитал Крошка Нанобот в большой титановой цистерне, у самого ее дна, и занимался тем, для чего и был создан: превращал мокрые древесные опилки в эти­ловый спирт. День за днем отщеплял он ванадиевой нанощепилкой молекулы целлюлозы, подвергал их ка­талитическому морфингу в бобровых рибосомах и выде­лял с одной стороны спирт, а с другой — углекислый газ и метан. И надо сказать, что так ловко был устроен Крошка Нанобот, что даже газы выделял не просто так, в качестве отхода производства, а с целью перемешива­ния мокрой древесной массы!

Ах как весело было в цистерне Крошке Наноботу и его братикам-сестричкам! Яркие лампы согревали и ос­вещали их, сверху в цистерну все время сыпались свежие опилки, а снизу вытекал чистый спирт. Щепая целлюло­зу, они напевали веселые наноботские песенки, схватив­шись наноцеплялками, кружились в хороводах, а порой, почувствовав смутное томление и взаимную симпатию, обменивались генетическим кодом и строили нового наноботика — такого же веселого и работящего.

Долго ли, коротко ли так продолжалось — не важно. Но однажды Крошка Нанобот, кружась в хороводе, уви­дел среди щепок прекрасную незнакомку. Ах какая это была чудная нанесса! У нее был изящно организован­ный генетический материал, повышенное содержание железа и меди, наноцеплялочки и нанохваталочки — очень необычной формы, а снизу даже встроен свобод­ный радикал!

Крошка Нанобот сразу же бросился к незнакомке и воскликнул (да, да, не удивляйтесь, в сказках наноботики прекрасно умеют говорить!), так вот, Крошка Нано­бот воскликнул:

— О несравненная Наночка! Какая вы нанобычная и нановительная! Не сцепиться ли нам нанохваталками, не обменяться ли генетическим кодом?

— Какой смешной, — фыркнула Наночка. — Знай же, Крошка Нанобот, что я не из вашей породы, а из славного рода медицинских наноботов, и создана, что­ бы вырабатывать в человеке витамин D-3. Происхожу я из рода Эпителиев, но кое-где медная, кое-где желез­ная, а еще в роду с подсолнухом, аскаридой и камбалой. Сюда я попала исключительно по ошибке, когда мой хозяин-лесоруб порезал топором палец. Скоро меня оп­ределят на новое место работы... так что видишь сам — ты мне не ровня!

Загрустил Крошка Нанобот и отправился дальше щипать целлюлозу. Но с этой наносекунды стал он ра­ботать медленно, часто вздыхать, а порой бессильно опускал нанохваталки и думал о чем-то своем. Еще он старался не уходить далеко от чудесной Наночки, а по­рой приближался и вежливо с ней здоровался.

Наночка терпеливо ждала, пока о ней вспомнят и определят на новое место работы. Со скуки она даже попробовала вырабатывать витамин D-3, но из целлю­лозы витамин получался плохо— то D-3, то В-1, а од­нажды, хорошо еще никто не видел, получился никота-намид!

К тому же высокое содержание спирта в окружающей среде действовало на нее совсем неблаготворно. Хоть и привыкла Наночка жить с лесорубом, но ее органеллы сморщились и потускнели, нанохваталки скрючились, свободный радикал соединился со случайным полифено­лом и теперь болтался снизу, ни на что не годный. Все наноботики при виде Наночки смеялись и фыркали.

Не подумайте, что наноботики были такие злые. Просто они не любили лентяев, а с их точки зрения Наночка была никому не нужная лентяйка — ведь она не щепала целлюлозу!

Ах, бедная, бедная Наночка!

Только Крошка Наноботик был ей по-прежнему ве­рен. Все время  здоровался, говорил комплименты и пе­чально вздыхал. Ну кого бы это не тронуло? Вот и На­ночка смягчила свой нрав и однажды сказала:

— Крошка Нанобот! Удалось тебе меня тронуть и удивить. Докажи, что ты достоин меня. — Тут она, как свойственно всем женщинам, даже самым маленьким, кокетливо оправила цитоплазму.

— Что я должен сделать, прекрасная Наночка? — воскликнул Крошка Нанобот.

Пусть меня заберут отсюда! — воскликнула На­ночка. — Ты видишь, Крошка Нанобот, я чахну! Я не привыкла жить в мокрых опилках! Горько стало Крошке Наноботу. Ведь если Наночку заберут — они расстанутся навсегда. Но ничего не ска­зал Крошка Нанобот, только кивнул, собрался с ду­хом — и отправился к самому верху цистерны!

Много приключений и трудностей выпали на его долю, прежде чем добрался он до самого верха цистер­ны. Покинул он места цивилизованные, обжитые, на самом дне цистерны, и побывал в суровом пограничье, где его родичи-наноботы боролись с фитонцидами и грибками, в изобилии попадающимися среди щепок. Пришлось и самому Крошке Наноботу сражаться. В бою с микотоксином Аспергиллума оторвало ему четвертую нанохваталку по самые митохондрии.

Долго — не меньше миллиона наносекунд — залечи­вал Крошка Нанобот свои раны у древнего нанобота-отшельника. Попутно и ума от него набрался. Рассказал старец, что существует Творец, создавший наноботиков в своей неописуемой мудрости и любви. Некоторые по­лагали, что Творцов — много, но эту мысль отшельник гневно отвергал как еретическую и языческую. Очень хотелось Крошке Наноботу остаться со старцем, но мысль о Наночке вела его вперед.

Попрощавшись с мудрецом, утешенный и просвет­ленный, выбрался он на самый верх цистерны. Тут тоже случилось приключение — схватило его дикое племя на-ноботои-мутантов, которые вместо этилового спирта производили метиловый, хоть и трижды прошит на это запрет в ДНК. Но благодаря мудрости, почерпнутой у отшельника, сумел Крошка Нанобот устыдить и пере­воспитать дикарей, так что они с песнями и танцами уморили себя голодом. А перед тем сказали, что време­нами видят вверху лик Творца, и некоторых наноботов Творец возносит к себе вместе с плодами их труда — под яркие лампочки, на бескрайние поля целлюлозы...

И вот достиг Крошка Нанобот поверхности жидко­сти, самых пузырей углекислотно-метанового брожения, что вздымались среди спиртово-целлюлозной каши. Притаился на пузыре — и ждет.

Не прошло и десяти миллионов наносекунд, как заг­ремело и застучало, открылся в небе люк, показался в люке Творец — очень несуразный, всего с двумя хваталка-ми и двумя топталками, зато размеров вовсе не наноско-пических, а воистину вселенских. Зачерпнул Творец стек­лянной емкостью огромное количество спиртового раство­ра, веточки недощипанные из него вынул и понес к себе.

Видит Крошка Нанобот— беда! Не попал он в ем­кость! Тогда поймал он длинную целлюлозную цепочку, сжевал ее быстро, спирт выплюнул, а углекислый газ и метан использовал как реактивный выхлоп! Пусть и незаслуженно, но взвился Крошка Нанобот в небо и попал прямо в емкость. А в емкости — и смех, и плач. Кто из наноботов встрече с Творцом радуется, кто о друзьях и любимых грустит. Творец несет емкость к себе, ротовое отверстие открывает... вот, оказывается, какой конец их всех ждет!

Начался тут всеобщий ор и стенания. Всем понятно стало, что не яркие лампы и вкусная целлюлоза впере­ди, а тьма и смертоносная кислота. Только Крошка На­нобот в панику не ударился, закричал:

— Братцы-наноботцы! Восхвалим Творца ударной

работой, доведем количество спирта до предельно воз­можного!

И добавил:

— Вдруг смилуется?

Кинулись тогда наноботики жевать остатки целлю­лозы, в спирт ее превращая. Самые героические, так те даже из воды и углекислого газа поштучно молекулы спирта собирали!

Так и получилось, что, когда влил Творец емкость в себя, был там уже не водно-спиртовый раствор, а чис­тейший спирт, да еще и газированный!

Выпучил Творец глаза да как закричит:

— Вставляет!

И рухнул прямо в цистерну.

А поскольку был он изрядно тяжел, то сразу погру­зился до самого дна. Однако от обилия впечатлений и вонзившихся повсюду острых щепочек пришел в себя и принялся, не закрывая рот, выгребать на поверхность.

Плененные наноботики сразу замахали наноплавничками и бросились наутек. Один Крошка Нанобот за сосочек на языке Творца держится и кричит:

— Наночка! Любовь моя! Сюда!

Глядь — и впрямь движется к нему Наночка. Из пос­ледних сил движется. Отощала до чрезвычайности, ва­куоли совсем уж скукожились, нанохваталки дрожат... Вот что ждет заплутавших наноботиков, попавших в чуждую среду!

Схватил Крошка Нанобот Наночку за гадкий поли­фенол, прицепившийся к ее свободному радикалу, вта­щил в рот Творца и говорит:

— Вот и твое новое жилише. Здесь тебе будет хоро­шо, почти как у лесоруба.

— А как же ты? — воскликнула Наночка. — Выпры­гивай скорее, рот закрывается!

— Без тебя мне и наножизнь не мила, — ответил Крошка Нанобот. — Умру у твоих  нанотопталок, милая!

Расчувствовалась Наночка. Прижала к себе Крошку Нанобота всеми хваталками, слились они в страстном поцелуе — и принялись обмениваться генетическим ма­териалом.

А Творец тем временем из цистерны выбрался, рот закрыл, сидит, в себя приходит. Да оглядывается боязливо — не заметил ли мастер, что он в цистерну спирто­вую свалился.

Крошку Нанобота с Наночкой тем временем по пи­щеводу поволокло и в желудок забросило. Ну, думает Крошка Нанобот, вот и конец мой пришел! Только глядь, а зловредная соляная кислота стала ему не страш­на. Это Наночкины гены так благотворно подействова­ли! Образовали они вдвоем новый бинарный нанобот.

—Что ж, — сказат Крошка Нанобот. — Будем здесь жить! Я стану всякую органику хватать, в спирт с угле­ кислотой перерабатывать, как и положено честному наноботу.

—А я стану витаминки делать, — сказала Наночка. Смутилась и добавила: — А еще — воспитывать малень­кого...

Так они и жили. Работали как положено и малень­ких наноботиков одного за другим строили. Уже по но­вому проекту, сразу и на папу, и на маму похожих!

Детишки у них подросли славные, шустрые. Авантю­ристы — в папочку, красавцы — в мамочку. Когда мас­тер-то подошел узнать, с какой стати рабочий сутки не пил, а все пьяный да веселый, несколько наноботиков с рабочего на мастера и перескочили. Так оно и пошло. Прыг да скок, со рта в рот, я — веселый нанобот!

Так что люди в той веселой реальности с тех пор жили еще веселее.

Правда, не очень долго.

Но весело.